Не откладывая в долгий ящик, я достал зажигалку и обычным манером затеплил одну из свечек. Попробовал. Получилось! Живем!
Весело насвистывая, принялся за уборку. Тут мне в глаза бросилась еще одна деталь. Большинство свечей не прогорело и до половины… А ведь я их толком не менял уже недели две, а некоторые и больше. Хм. Возможно, мне просто нужен некий материальный носитель, к которому я "прикрепляю" свое пламя? И этот носитель остается неповрежденным, пока я не захочу его сжечь? Это кстати очень объясняет целось моей одежды, несмотря на эксперименты с аурой огня… Вообще дурак я, что не задумался об этом раньше. Ну-ка, попробуем.
Убрав все свечи в мешок и оставив одну стоять на полу, я сел. Сосредоточился. Свечу окружил идущий от основания столбик пламени. Где-то минуту я поддерживал огонь. Есть! Воск даже не потек. А если так? Свеча сначала начала плавиться, а потом стремительно обратилась в прах. Я вскочил и на радостях исполнил первые несколько движений из показанной мастером — вот же, до сих пор не знаю, как его зовут — формы в ритме танца. Я крут! Я безумно крут! Осталось только научиться контролировать, что именно сжигать. Например, испепелить свечу, а фитиль оставить.
Титаническим усилием воли взял себя в руки. Завтра ожидается тяжелый день, так что не будем маньячить, а ляжем спать пораньше. Вот только еще одну идейку проверим, и все.
Снова сев на пол. И повторил весь танец огоньков прямо на полу, без свечей. Покорное моей воле, синее пламя выписывало вокруг меня круги, устремлялось в стороны стремительными росчерками прямых, вспыхивало кучей искорок, заставляя пол казаться похожим на вид призрачного города с высоты. Окрыленный успехами, я попытался поднять огоньки в воздух… Снова пришлось хвататься за огнетушитель. Кстати, это уже третий — остальные два кончились. Да. Когда я терял контроль — именно терял, а не осознанно отпускал — синий огонь начинал вести себя как огонь обычный. То есть начинал пожирать горючие материалы, но и тушился вполне традиционными методами. Почему сохранялся цвет, я не знал. Впрочем, больше меня волновал вопрос — смогу ли я восстановить один раз утерянный контроль? Искать на него ответа я пока не рисковал — недолго и все общежитие спалить. Э-х-х-х… Вот на полигоне оторвусь! Если Мефисто даст, конечно.
Потушив пламя, я сел привалившись к стене, и закурил. Да. Синее пламя — страшная и удивительная вещь. Смогу ли я, подобно Каю, сотворить благодаря своему демоническом наследию что-то хорошее? Или меня поглотит собственная сила? Пока-то она меня слушается, но это пока Курикара в ножнах… А что будет, если, не дай бог, она сломается?
Я поспешно выкинул из головы этот вопрос. У меня и других проблем хватает. Нужно как можно больше смягчить для Изумо расставание с Паку. Да, по канону они сохранили дружбу… Вот только мой опыт говорит о том, что о подобном проще сказать, чем сделать. Экзорцисты обитают на границе Геенны и Ассии. Ни там ни тут. Что может связывать двух подруг, если они выберут разные миры? Симпатия? Разумеется. Общие воспоминания? Даже не обсуждается. Какие-то общие увлечения? Вполне вероятно. Дружба? Не уверен. По крайней мере, не в том смысле, который я вкладываю в это понятие. Для ушедшей из ордена Паку мир экзорцистов будет казаться страшным сном, далекой сказкой… А для Изумо все проблемы обычного человека будут казаться мелочью… Со временем противоречия накопятся, понимание пропадет, а вместе с ним и взаимный интерес… Нет, они наверняка будут продолжать ладить, общаться… Но истинной дружбой я это уже не назову. Наверное, именно из-за такого образа мыслей у меня никогда не было друзей.
Встряхнувшись, я посмотрел на часы в сотовом. Етить твою кочергу!!! Полвторого! Спать, срочно спать! Утро вечера мудренее… Да и нужно присмотреться внимательнее — насколько сильно отличаются Паку с Изумо от того, как я привык о них думать?
Глава шестнадцатая. Глубина реальности.
Как сказал один из великих, война войной — а обед по расписанию. Вот только в этот раз на обычном месте Изумо не обнаружилось. Пока я озадаченно чесал в затылке, Паку устроилась на лавочке:
— У Изумо-тян какое-то дело, она сказала начинать без нее….
— Ладно, — я сел рядом. Открывая коробочку с едой, я обдумывал, как начать разговор. И стоит ли делать это сейчас. Во-первых, неясно, когда Изумо вернется. Во-вторых, Паку меня сегодня настораживала. Точнее не она сама, а ее эмоции. Они читались очень слабо, словно были запрятаны вглубь. И то, что там в глубине чувствовалось — неуверенность, страх, желание помочь, беспокойство, наводило на мысли, что Паку обдумывает какую-то проблему. Причем обдумывает сосредоточенно, практически полностью уйдя в себя. Неужели ей таки пришла мысль бросить курсы?
— Рин-кун, скажи, а почему ты решил стать экзорцистом? — опаньки, похоже я угадал. Отлично! Тогда мне возможно удастся уговорить ее уйти из ордена, не допустив столкновения с Набериусом… Пока я собирался с мыслями, Паку истолковала мое молчание по-своему:
— Извини, я наверное, затронула не самую приятную тему… — в ее эмоциях появилась печаль, — Почти все, перед тем как попасть на курсы, получили демоническую метку… Наверное, это не самые приятные воспоминания. Мне еще повезло, что свою я получила на церемонии.
— Ну, Бон и… этот… не помню, получили свои там же, — хмыкнул я. Странно. Что-то разговор уже сворачивает не в ту сторону… Или это я просто возомнил себя всезнающим, а потому удивляюсь, что не все идет по моим представлениям?
— Вчера ко мне заходил Окумура-сенсей… Я не заполнила анкету о желаемой специализации, — да, помню, была такая. А Юкио молодец! Все-таки есть задатки учителя! Значит, не только Сиеми обхаживает, но и об учениках беспокоится! — Сенсей говорил о том, что быть экзорцистом тяжело и опасно. И просил подумать, насколько тверда моя решимость…Я всю ночь думала… — Паку замолчала. А потом неожиданно спросила, — Рин-кун, помнишь, ты говорил, что узнал о демонах только недавно? Это ведь было страшно, да?
Я молча кивнул. Правда, действительно страшно мне стало, когда Гу встретил. А до этого я скорее был в шоке от невероятности происходящего, и страха-то толком не почувствовал…Что-то я совсем перестал понимать, к чему она ведет. Пытается самооправдаться? Да нет, вроде для Паку это не свойственно.
— Как ты решился? Когда ты бросился на Прыгуна, помнишь?… Ты ведь совсем не боялся! А ведь даже Сугуро очень испугался. Или когда ты пришел на курсы в первый раз, и прямо на пороге громко назвался и сказал: "Рад знакомству!", не испугавшись выглядеть глупо, — Паку хихикнула. Но тут же снова погрустнела, — А я… Мне страшно, Рин-кун… Я не очень успеваю в учебе… И я боюсь, что не смогу сражаться, рискуя жизнью… Как мне стать такой же решительной? Возможно ли это? — Паку посмотрела на меня со странной смесью требования и мольбы. А я сидел и хлопал глазами как дурак. Вот тебе раз.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
